28.11.2019

Боец-переменник.

Фамилия Корягин
Имя Константин
Отчество Михайлович
Дата рождения/Возраст __.__.1922
Место рождения Московская обл., Мытищинский р-н, п. Бурково
Дата и место призыва __.__.1942 Мытищинский РВК, Московская обл., Мытищинский р-н
Последнее место службы 415 сд 1323 сп
Воинское звание лейтенант
Причина выбытия убит
Дата выбытия 24.04.1945
Первичное место захоронения Германия, пров. Бранденбург, г. Финов, братское кладбище
Название источника донесения ЦАМО
Номер фонда источника информации Картотека политработников
Номер описи источника информации Картотека политработников

Дальнейшие поиски информации о лейтенанте Корягине привели к неожиданным результатам. За свои подвиги он был награжден  медалью «За отвагу». В Положении об этой  медали говорится: «Медаль За отвагу“ учреждена для награждения за личное мужество и отвагу, проявленные при защите социалистического Отечества и исполнении воинского долга. «За отвагу» — высшая медаль в наградной системе СССР. За личное мужество и героизм … А если это мужество проявлено в боях в составе штрафного батальона? Думаю, что значимость этой награды возрастает во много раз.

Невольно вспоминаются слова из песни Владимира Высоцкого:

«Всего лишь час дают на артобстрел –
Всего лишь час пехоте передышки,
Всего лишь час до самых главных дел:
Кому – до ордена, ну а кому – до “вышки”.
Всего лишь час до самых главных дел:
Кому – до ордена, ну а кому – до “вышки”.

За этот час не пишем ни строки –
Молись богам войны, артиллеристам!
Ведь мы ж не просто так – мы штрафники,
Нам не писать: “…считайте коммунистом”.

Перед атакой – водку, – вот мура!
Свое отпили мы еще в гражданку,
Поэтому мы не кричим “ура” –
Со смертью мы играемся в молчанку.

У штрафников один закон, один конец:
Коли, руби фашистского бродягу!
И если не поймаешь в грудь свинец –
Медаль на грудь поймаешь за отвагу.

Ты бей штыком, а лучше – бей рукой:
Оно надежней, да оно и тише.
И ежели останешься живой –
Гуляй, рванина, от рубля и выше!

Считает враг: морально мы слабы, –
За ним и лес, и города сожжены.
Вы лучше лес рубите на гробы –
В прорыв идут штрафные батальоны!

Вот шесть ноль-ноль – и вот сейчас обстрел.
Ну, бог войны, давай без передышки!
Всего лишь час до самых главных дел:
Кому – до ордена, а большинству – до “вышки”.

 

До ордена доживало меньшинство, достаточно сказать, что штрафник переживал в среднем 2−3 атаки, а офицер — полторы.

Впрочем, слово «штрафник» употреблялось не всегда. В официальных документах говорилось (думаю, что не всем это известно) иначе. По документам слово «штрафник» нигде не проходило. Официальным обращением к солдату было «боец-переменник». Это вызвано тем, что рядовой состав постоянно изменялся, чего нельзя сказать о командирах подразделений, которые командовали штрафротами и штрафбатами на постоянной основе. Командиры штрафных частей не были штрафниками, а набирались на добровольной основе. Скорее, на добровольно-принудительной.

Впрочем, на эту тему говорил генерал-майор А.В.Пыльцын в своей книге «Штрафной удар, или Как офицерский штрафбат дошёл до Берлина». Сам он служил в том самом 8-м отдельном штрафном батальоне.

«Как утверждал в одной из своих послевоенных публикаций в общесоюзной тогда еще газете “Ветеран” No 3 (55) за 1984 год бывший начальник штаба нашего штрафбата генерал-майор Киселев Ф. А., служивший в нем с первых дней создания до расформирования после Победы, “батальон состоял из постоянного и переменного состава. К переменному составу относились те, которые прибывали в батальон для отбытия наказания за совершенные проступки” (то есть штрафники). Кстати, я много раз слышал, что в некоторых аналогичных батальонах при обращении к ним, и даже в документах, к бывшему их воинскому званию добавлялось слово “штрафной” (например, “штрафной майор”), или вообще все именовались “штрафными рядовыми”, и т. п. Не знаю, чье это было решение. Но в нашем штрафбате, видимо чтобы лишний раз не подчеркивать их положение, что едва ли способствовало бы их перевоспитанию, было принято всех их, относящихся к переменному составу батальона, называть “бойцами-переменниками”.»

Посмотрим приказ войскам 70 Армии 1 Белорусского фронта № 078 от 8 августа 1944 года «О награждении бойцов 8 отдельного штрафного батальона. Под номером 28 говорится о награждении бойца-переменника, стрелка Корягина Константина Михайловича медалью «За отвагу».

Из наградного листа узнаем, что Константин Михайлович на то время в партии не состоял, был трижды ранен, воевал с  августа 1941 года на Брянском и Белорусском фронтах.

Описание подвига:

«Тов. Корягин в наступательных боях 26.07.1944г. в районе дер. Сельчин, командуя отделением, отбил 8 контратак противника.

28.07.1944г. в районе дер. Березовка смело атаковал противника, нанес ему значительные потери. Всего за период боев с 19.07. по 29.07.1944г. отделением взято 10 пленных и 17 немцев уничтожено. Взято два ручных пулемета, уничтожена одна автомашина и один бронетранспортер».

Вернемся к месту захоронения героя 24 апреля 1945-го. Германия, пров. Бранденбург, г. Финов.  Могу предположить, что он погиб во время боев за аэродром Финов.   С 1944 года на аэродроме базировались подразделения Люфтваффе. С 26 апреля 1945 года аэродром был занят советскими войсками.

Долгое время после войны здесь размещался наш, как раньше говорили, ограниченный военный  контингент нашей авиации. Здесь, спустя 21 год, уже в мирное время, нашими летчиками был совершен известный всему миру подвиг. 6 апреля 1966 года экипаж в составе лётчика  капитана Капустина  и штурмана  старшего лейтенанта Янова выполнял плановый полёт на Як28. На высоте 4 000 метров произошёл отказ двигателей, самолёт стал падать. Чтобы не допустить падения самолёта на жилые кварталы Берлина, экипаж отказался от катапультирования, чтобы отвести падающий самолёт от жилых кварталов. Самолёт упал в озеро Штессензее. Экипаж погиб. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 мая 1966 года Капустин и Янов награждёны орденами Красного Знамени посмертно. О том подвиге написана песня «Огромное небо».

Так сейчас выглядит военный городок. Кстати, в нем учился В. Высоцкий, автор песни «Штрафные батальоны».

Остается добавить, что похоронка на лейтенанта Корягина  была выслана матери Марии Николаевне по адресу: Московская область, Мытищинский р-н, пос. Бурково, д. 28.